Виртуальная выставка
СКУЛЬПТУРА АЛТАРНЫХ ПРЕГРАД ИЗ ФОНДОВ ОМИИ.
Часть III. Стиль барокко
Влияние западной культуры, наряду с идеологическими преобразованиями эпохи, на русское искусство Нового времени было всеобъемлющим. Кардинально изменился и облик церковных иконостасов, превратившихся из тябловой конструкции в объемно-пространственное ордерное сооружение, богато украшенное скульптурой и позолотой.
Традиция украшения иконостасов скульптурными (рельефными) изображениями (из мрамора или серебра) восходит, по утверждению Г.В.Постернака, к убранству византийских алтарных преград [2:169]. В XVIII же столетии статуи и рельефные изображения Бога, святых и ангелов, наряду с пышными орнаментами и драпировками в стиле европейского барокко, были призваны создать впечатление триумфа Спасителя над смертью и злом, а их подчеркнутая материальность (даже в изображении бесплотных Сил небесных) подтверждала реальность церковного учения и Священной истории.
Богоматерь и Иоанн Богослов из иконостасной композиции «Распятие с предстоящими».
Середина (?) XVIII в. Дерево, левкас, темпера, позолота. Высота 56 см. ОМИИ.
Эмоциональные, исполненные порывистого движения образы наполняли алтарные преграды и церковные интерьеры новым, непривычным для русского церковного искусства, чувством, характерным для светской культуры, «исполненной страстей», задавали иной тон привычным образам.
Среди хранящихся в фондах ОМИИ произведений выделяются две раскрашенные и позолоченные скульптуры, датируемые XVIII столетием. В собрание они поступили в 1984 году, прошли реставрацию в Москве. Происхождение их не установлено. Однако, не вызывает сомнения принадлежность обеих фигур к разрозненной композиции «Распятие с предстоящими», венчавшей иконостас неизвестной церкви. Называвшиеся прежде «Ангелами», скульптуры определяются нами как изображение Богоматери и апостола Иоанна Богослова, стоявших, соответственно, по правую и левую руку распятого Иисуса Христа. Голова Девы Марии покрыта вызолоченным мафорием, а Иоанн Богослов выделяется окрашенными темной краской волосами, падающими на плечи вьющимися прядями. Визуальное восприятие обеих скульптур предполагало сильный ракурс (снизу-вверх) из-за их расположения на значительной высоте – вверху иконостаса.
Приземистые («простонародные») пропорции фигур Богоматери и Иоанна Богослова, крупные, грубовато-обобщенно трактованные кисти рук, условная передача складок одежд и ярко окрашенных красных туфель, и, наконец, наивная попытка эмоционально окрасить широкоскулые лики с широкими носами, – выдают авторство провинциального мастера. Согласно исследованиям последних лет, в этом сказывается влияние московской школы, нежели петербургской, эпохи императрицы Елизаветы [2: 169].
Провинциальным церковным скульптурам были свойственны «большая, ясная форма» и «пластическая простота» [1: 13]. Подобное решение образов объясняется исследователями следующим: «Непропорционально укрупненное изображение… рассчитано на значительную оптическую удаленность от зрителя» [1: 112]. Рассмотрение фигур Богоматери и Иоанна в профиль обнаруживает их отклонение от вертикальной оси, особенно Девы Марии, что объясняется той же необходимостью их восприятия молящимися в сильном ракурсе.
Богоматерь и Иоанн Богослов из иконостасной композиции «Распятие с предстоящими». ОМИИ
С оборота в обеих фигурах заметны участки креплений; «со спины» скульптуры воспринимались из алтаря. Примечательно, что позолота, плотно покрывающая скульптуры с трех сторон, с оборота отсутствует. При этом нельзя не отметить, что по рисунку и пластике деревянные скульптуры даже выигрывают, более напоминая католические образцы. Поневоле любуешься мягкой естественной грацией Богородицы, будто случайно «пойманным» движением Иоанна, склонившего голову и в смятении отведшего руку назад. В любом случае, с обратного ракурса скульптуры утрачивают большую часть наивности народного искусства, сообщаемую им раскраской, и приближаются к академическому стилю Нового времени.
Богоматерь из иконостасной композиции «Распятие с предстоящими». ОМИИ. Фрагмент
Заслуженный художник России, скульптор и доктор искусствоведения, Мария Александровна Бурганова сообщает сведения, позволяющие представить технологию создания наших экспонатов: «Согласно архитектурным проектам для определенных мест в точный размер скульпторами создавались модели статуи и крупные элементы архитектурно-декоративной пластики, по которым резчики вырезали фигуры из дерева. Далее процесс был аналогичен иконописному: статуи покрывали левкасом, расписывали темперными красками, золотили» [Там же].
К сожалению, лишь частичная изученность церковной деревянной скульптуры XVII – XIX вв. позволяет, тем не менее, привести аналоги наших памятников, например, образ серафима середины XVIII в. из государственного музея архитектуры им. А.В. Щусева. Стилистико-технический анализ позволяет предположить один период его создания с нашими памятниками – середину XVIII в. Окончательно определить датировку создания позволит технико-технологическое исследование экспорнатов.
Ангел. Фрагмент иконостаса. Середина XVIII в. Дерево, левкас, темпера, позолота. Илл. из: Под сводами русского храма: церковная деревянная скульптура XVII - XIX веков / [сост.: И.В. Чепкунова, П.Ю. Стрельцова]. – М.: Кучково поле, 2014. С. 119.
Кандидат искусствоведения, Т.В. Лазарева
Список литературы
1. Под сводами русского храма. Церковная деревянная скульптура XVII – XIX веков / Вступ. статья М.А. Бургановой. – М.: Кучково поле, 2014. – 128 с.: ил.
2. Постернак К.В. Границы дозволенного: скульптура в русских иконостасах эпохи барокко // Актуальные проблемы теории и истории искусства. Сборник научных статей. СПб., 2020. Вып. 10 С. 169–181.
