Часть VI.
Представляем последний лист из группы графических произведений нашей фондовой коллекции, отреставрированных в Москве во Всероссийском художественном научно-реставрационном центре им. академика И.Э. Грабаря.
Об авторе этой работы – Николае Ивановиче Жерене (1810 - не ранее 1871), известно совсем немного. Он был сыном московского живописца и графика, академика Ивана (Жана) Михайловича Жерена (1778-1827), писавшего миниатюрные портреты на слоновой кости и пергаменте и батальные картины, посвященные событиям Отечественной войны 1812 г. и заграничным походам русской армии 1813-1814 гг.
Дед Николая Ивановича Жерена переселился в Россию из Франции в конце XVIII в. Вероятно, он был скульптором. Брат Николая Ивановича – Иван Иванович Жерен, также посвятил себя искусству: был акварелистом и литографом (ок. 1800 - не ранее 1868).
Николай Иванович и Иван Иванович, как и их отец, жили в Москве.
В 1831 г. Николай Иванович «по окончании наук рисовального и чертежного искусства в службу вступил в Императорское Московское общество испытателей природы художником». В 1832 г. занимался в Натурном классе.
Преподавал рисование и черчение в ремесленном заведении Московского воспитательного дома, Елизаветинском училище и Лазаревском институте восточных языков. Подготовил два учебных пособия по рисованию: «Курс первоначального рисования» (1853) и «Упражнения в орнаментном рисовании» (1853).
В графическом наследии Николая Ивановича Жерена – пейзажи, интерьеры и жанровые композиции в технике литографии, гуаши и акварели.
В 1832 г. он выполнил литографии для выходившего с 1827 по 1831 гг. четырехтомника: «Москва, или исторический путеводитель по знаменитой столице Государства Российского» Ивана Гавриловича Гурьянова (1791 - не ранее 1854), а в 1834 г. – для изданной в двух частях книги: «Описание минеральных вод, естественных и искусственных, составленное из сочинений новейших писателей Францом Белявским для врачующих и врачующихся». Последняя из них, возможно включала изображение, аналогичное по композиции находящемуся в нашем музейном собрании. Но меньшего формата и одноцветное.
Цветная литография из фондов нашего музея выполнена на несколько лет раньше выхода книги «Описание минеральных вод…». На ее нижнем поле имеется пояснительная надпись: «Видъ дома въ коемъ помѣщено, заведеніе искуственныхъ минераллныхъ водъ. // в Москвѣ.». Само изображение включает расположенную слева внизу, литографированную подпись художника с широким росчерком и датой, – «Н. Жеренъ // 1828».
Изображен летний парковый пейзаж с архитектурными сооружениями, прудом и стаффажем. На первом плане, вдоль протянувшейся у берега аллеи, неспешно прогуливаются, идущие в разных направлениях мужчины и женщины. Военные в фуражках, гражданские в цилиндрах и длинных сюртуках, некоторые с тросточками в руках. Дамы в шляпках с широкими полями, длинных светлых и темных платьях с высокой талией. Справа от пруда, на втором плане, в сторону деревянного павильона с высокой зеленоватой односкатной кровлей, шествует священник в темном облачении, широкополой шляпе, с посохом в руках. За прудом, на лугу, под белым тентом, среди растений в кадках, сидят четыре мужчины.
Вдали за лугом, на фоне голубоватого неба, – симметричное трехчастное белое ампирное здание в 2-3 этажа, с центральным корпусом и боковыми флигелями. Вдоль его центра и правой части, внизу, протянулась галерея с навесом на столбах, по которой прогуливается публика.
Что же представляло собой заведение искусственных минеральных вод в Москве?
Оно было детищем известного и авторитетного врача, профессора Московского университета, почетного члена Петербургской академии наук – Христиана Ивановича Лодера (1753-1832), который увлекся идеей организации водолечения в Москве. В 1925 г. в типографии Московского университета вышел его небольшой, пятнадцатистраничный труд: «О приготовлении искусственных минеральных вод по методу доктора Струве в Дрездене и проект заведения подобных вод в Москве». В ней он ратовал за создание искусственных минеральных вод для «пользования внутренних и наружных другими средствами неизлечимых болезней» и представлял проект плана частной платной лечебницы. Вначале ее предполагали устроить в Нескучном саду и открыть в июне-июле 1826 г. Но появилась и стала действовать она в 1828 г., поблизости от Крымского брода (Крымского моста), на противоположном берегу Москвы-реки, на Остоженке, во 2-м Ушаковском, теперешнем Хилковом, переулке. Вероятно, именно со временем ее открытия и было связано появление литографии Николая Ивановича Жерена.
Летом лечебница открывалась очень рано: уже в пять часов. В ней можно было по рекомендации врачей не только по определенной схеме пить целебные воды: карлбадскую, мариенбадскую, эгерскую, пирмонтскую, теплицкую и других типов, для употребления коих при входе посетителям вручали фарфоровые кружки, но и в специально обустроенных комнатах принимать минеральные и прочие целебные ванны. Затем следовало гулять в течение трех часов по парку, доходившему до берега Москвы-реки, а в ненастную или очень жаркую погоду – вдоль крытых галерей. В парковой беседке играл специальный оркестр.
Заведение посещало до полутора сотен человек в день. Оно стало очень популярным в Москве среди состоятельных людей из лучших кругов общества. Знакомый Александра Сергеевича Пушкина, известный русский мемуарист Филипп Филиппович Вигель (1786-1856), в своих «Записках» отмечал: «Всякий день рано поутру ходил я пешком по Старой Конюшенной на Остоженку. Движение, благорастворенный утренний воздух, гремящая музыка и веселые толпы гуляющих, разгоняя мрачные мысли, нравственно врачевали меня не менее, чем мариенбадская вода, коей я упивался».
А вот что сообщал беллетрист и журналист Павел Лукьянович Яковлев (1789 или 1796-1835) в «Записках москвича»: «Кажется, все, что есть лучшего в Москве - все на водах! … Долго ли продолжится эта страсть к водопитию не знаю, но предсказываю, что воды наши год от году все будут славнее и славнее, и они не должны бояться моды… Но всегда, всегда найдется множество людей, для которых необходимым и дешевым лекарством послужат Остоженские воды, потому что для людей нашего времени совершенно бесполезны три четверти лекарств, хранящихся в аптеках, и, однако ж, употребляемых! нами в силу докторских рецептов. Доктора все еще помнят Гиппократа; они еще в Университетах затвердили номенклатуру лекарств на известные болезни. Но их лекарства негодны для настоящего поколения! Лекарства прошлых столетий также не годятся для нас, как парики и кафтаны наших прадедов! Мы выросли на лекарствах, а тело, к ним приученное, принимает их как простую пищу. Чтоб возбудить нашу чувствительность – нам нужно электричество, гальванизм, магнетизм, Леруа, холодные или горячие ванны, и наконец, 10 стаканов спруделя; натощак! И я, и я буду пить воды!».
В модную лечебницу съезжались не только страдающие исцелиться от недугов, но и любители хорошо провести время в избранном обществе.
Иваном Ермолаевичем Великопольским (1791-1868), сочинившим поэму «Московские минеральные воды», опубликованную под псевдонимом Ивельев, обрисован такой персонаж, как барон Велен, с диагнозом: «Болезнь ужасная: здоровье».
– «А где же больной?»
– Сейчас он будет!
Немножко доктор помолчал
И головою покачал:
«Пожалуй, он и позабудет;
....
Но вот он, вот он! Едут дрожки,
На них, с накинутым плащом
И в пестрой шляпе из соломы,
Сидит… но только не больной,
А очень милый, молодой,
Во все приятно вхожий домы…»
Основанное Христианом Ивановичем Лодером заведение искусственных минеральных вод в Москве действовало вплоть до 1870-х годов.
Считается, что именн от этой лечебницы доктора Лодера пошло выражение: «гонять лодыря», связанное с искаженным произношением его фамилии, трудно выговариваемой простым людом, дивившимся тому, что господа ездят сюда лишь только для того, чтобы пить воду и целыми часами бесцельно гулять.
«Гоняющие лодыря» и фигурируют в пейзаже Николая Ивановича Жерена, дающего представление о размеренной атмосфере в этой лечебнице, о том, как выглядело ее несохранившееся до нашего времени здание, окруженное ухоженным парком с лужайками и красивыми видами.
Ощущение умиротворенности и особой наполненности пейзажа свежим воздухом, создает использование низкой линии горизонта с открывающимся над ним безмятежным простором высокого светлого безоблачного неба.
***
Направленный в отдел реставрации графики литографический лист Николая Ивановича Жерена «Вид дома, в коем помещено заведение искусственных минеральных вод в Москве», имел неравномерное пожелтение и загрязнения бумажной основы, особенно значительные по периметру, пятна различного происхождения, небольшие повреждения красочного слоя, изломы, разрывы и утраты на полях.
Реставратор высшей категории Ольга Викторовна Дунаева произвела обеспыливание произведения мягкой кистью. С помощью ватных тампонов и ластиковой крошки очистила поля от поверхностных загрязнений, ослабив особо прочные скальпелем. Лист неоднократно промывался от желтизны, был раздублирован с подложкой, старый клей удален. Производилась химическая обработка пятен и, затем, – тщательная промывка от использованных реагентов. Изломы бумаги разглажены, разрывы подклеены тонкой реставрационной бумагой, а утраты листа на полях восполнены современным методом долива пульпой, специально изготовленной из подходящей по тону и фактуре бумаги. Лист дублирован на тонкую реставрационную бумагу. Карандашом и акварелью произведены тонировки в местах утрат и потертостей красочного слоя. Это позволило, с наибольшей возможностью, освободить произведение от нанесенных ему временем негативных разрушительных следов.
Старший научный сотрудник Т.А. Тимашева.
Благодарим отдел реставрации произведений графики ВХНРЦ имени академика И.Э. Грабаря за предоставленную фотографию.
Использованы изображения из открытых источников в интернете
