Продолжая начатую в видео-формате серию презентаций произведений русской и зарубежной графики XVIII – начала XX веков из коллекции Орловского музея изобразительных искусств, отреставрированных во Всероссийском художественном научно-реставрационном центре им. академика И.Э. Грабаря в Москве, осуществляем её в текстовом варианте.
В конце 2013 – начале 2014 гг. на нашей фондовой выставке зарубежной графики экспонировался офорт известного итальянского мастера репродукционной гравюры Джовиты Гаравальи «Слово стало воплощением». Внимательные посетители могли заметить, что на всем изображении имелся ряд следов от старых затеков. Обрамляющее работу цветное паспарту делало их восприятие менее заметным, и оно же, вынужденно, почти полностью, закрывало поля вокруг изображения сверху и с боков. Но, на частично открытом нижнем поле, где обозначались авторство и название работы «Verbum caro factum» на латинском языке, в левом нижнем углу виднелся край большого безобразного черно-коричневого пятна. Все эти следы времени были нанесены различными непростыми обстоятельствами и неблагоприятными условиями, которые многие произведения из нашего собрания претерпели в прошлом. Кроме общего пожелтения листа бумаги и загрязнений его поверхности, имелись еще и изломы, и многочисленные линейные разрывы на полях по углам.
В процессе реставрации этой гравюры художник-реставратор первой квалификационной категории Мария Олеговна Куприянова, провела его обеспыливание, комбинированным способом (включающим механическую и химическую обработку) удалила со всех сторон поверхностные загрязнения и ослабила особо прочные загрязнения. При этом лист промывался от загрязнений и, затем, от использованных химических реагентов. Было устранено пожелтение бумаги, разглажены изломы, совмещены по волокну и подклеены реставрационной бумагой разрывы, восполнены утраты основы. Оригинальный лист сдублирован на реставрационную бумагу и отпрессован. В местах потертостей красочного слоя изображения произведены тонировки цветными карандашами и акварелью.
Автор этого произведения – Джовита Гаравалья / Giovita Garavaglia (1790-1835), был учеником Пьетро Андерлони (1784-1849), которому помог выгравировать изображения к научному медицинскому труду итальянского анатома и хирурга Антонио Скарпа (1747/1752-1832). Затем учился у одного из виднейших итальянских мастеров гравюры на меди Джузеппе Лонги (1766-1831) и стал гравировать произведения мастеров живописи. Впоследствии был назначен директором Флорентийской Академии изящных искусств. Он прожил недолгую жизнь, внезапно скончавшись во время гравирования «Успения Богоматери» болонского живописца Гвидо Рени (1575-1642).
Джовита Гаравалья создал множество гравированных портретных изображений, преимущественно выдающихся личностей прошлого. Но большинство его произведений представляют собой многофигурные религиозные композиции на библейские и евангельские темы, выполненные по живописным оригиналам знаменитых итальянских художников. К числу лучших его работ причисляются «Мадонна делла Седиа» («Мадонна в кресле») (1828) с Рафаэля Санти (1483-1520) и «Святая Мария Магдалина» (1832) с живописного оригинала Карло Дольчи (1616-1686).
Нередко в гравированных им сценах встречались очаровательные образы двух детей: Младенца Иисуса Христа и старшего его примерно на полгода и состоящего с ним в родстве Иоанна Крестителя. Они изображены как вместе со Святым Иосифом и Девой Марией или только с Девой Марией, так и вдвоем. Зачастую их окружают парящие ангелы в виде детских головок с крылышками, как и в офорте «Слово стало плотью», выполненном с живописного оригинала Карло Маратти.
Его названием стали начальные слова величественного пролога Евангелия от Иоанна: «И Слово стало плотию, и обитало с нами, полное благодати и истины; и мы видели славу Его, славу, как Единородного от Отца». Сын Божий, – Божественное Слово (Логос), явилось в мир, реально вочеловечившись в телесном естестве (плоти), чтобы принести спасение людям.
В центре композиции, – ярко освещенная фигурка обнаженного Младенца Христа с радостно сияющим ликом и большими, словно прозирающими пространство, время и события взглядом. Под пеленами, на которых возлежит Иисус, – колосья пшеницы: знак яслей убогого вифлеемского хлева, в котором Он родился, и символ Его жертвы – Евхаристии (Причастия); позади – сияющий диск с расходящимися лучами славы.
Слева два ангела, справа, – обращенный к Младенцу стоящий Иоанн Креститель – Предтеча (предшественник) Христа. Согласно Евангелию, проповедуя в Иудейской пустыне, он вел аскетический образ жизни и носил одежду из верблюжьего волоса. Поэтому в западноевропейском искусстве его изображали полуобнаженным, с наброшенной на одно плечо, вывернутой наружу мехом шкуре, и плащом поверх нее. Вторым, часто встречающимся атрибутом Иоанна, крестившего Иисуса Христа в водах Иордана, был тростниковый крест, перевитый ленточкой с латинской надписью: «Ecce Agnus Dei» («Се, Агнец Божий»).
Евангелие свидетельствует, что такие слова были произнесены Иоанном Крестителем у иорданских вод своим ученикам при виде приближавшегося к нему Христа: «Вот Агнец Божий, Который берёт на Себя грех мира». В них заключалось пророчество о Его искупительной миссии через страдания и отдание Себя на кресте, подобно чистому и безвинному агнцу за грехи всех людей. На гравюре видны лишь отдельные буквы этой фразы, но в силу ее общеизвестности, всем было понятно, что они означают.
Создатель живописного оригинала, с которого был выполнен офорт, Карло Маратти (Маратта) (1625-1713), в конце XVII столетия являлся один из ведущих художников римской школы, относимым к мастерам барочного классицизма. Был великолепным портретистом, писал мифологические, библейские и евангельские композиции: картины и фрески. Известен также как график, скульптор и разработавший много проектов различных сооружений одаренный архитектор.
Его талант открылся уже в детстве. Когда ему было 12 лет, родители отправили его в Рим, в обучение к живописцу Андреа Сакки (1599-1661), которого он всю жизнь почитал, как своего наставника. От него Маратти унаследовал идущую еще от великого Рафаэля Санти академическую традицию живописи. Художник рано приобрел известность и стал получать множество заказов. Являлся членом Академии Святого Луки в Риме. Папа Римский Климент (1649-1721) посвятил его в рыцари и наградил церковным орденом, а восхищенный его искусством французский король Людовик XIV сделал своим придворным живописцем, позволив при этом жить и работать в Риме.
Произведения Карло Маратти можно увидеть во многих римских церквях, они хранятся в собраниях крупнейших музеев мира в Риме, во Флоренции, в Париже, Мадриде, Вене, Берлине, Мюнхене, Брюсселе, Лондоне, Бостоне и многих других. Есть они и в нашей стране. Государственный Эрмитаж в Санкт-Петербурге располагает самой большой зарубежной коллекцией полотен художника, насчитывающей одиннадцать картин.
Весьма интересна также работа Карло Маратти в области реставрации. В Риме он занимался реставрацией фресок братьев Агостино (1557-1602) и Аннибале Карраччи (1560-1609) в Палаццо Фарнезе, Рафаэля Санти на вилле Фарнезина и в Ватиканском дворце. Итальянские специалисты называют его первым профессиональным реставратором. Маратти применил новаторский для того времени, очень важный, а сейчас обязательный и основополагающий в научной реставрации принцип реверсивности. Он заключается в использовании таких реставрационных материалов, которые в дальнейшем можно легко удалить с произведения не повреждая его. Для реставрации росписей он использовал пастельные краски и фиксировал места реставрационных вмешательств.
